Больше интересных новостей у нас во ВКонтакте
Новости партнеров

«С каждой минутой мне было все хуже и хуже»

Холод, боль и горная болезнь: как россиянин покорил высочайшую вершину Африки

Фото: Darrin Zammit Lupi / Reuters

«Лента.ру» продолжает публиковать путевые заметки россиянина Константина Колотова, который отправился в кругосветное путешествие. В прошлом материале этого цикла россиянин рассказывал о поиске средств для оплаты восхождения на гору Килиманджаро и подготовке к штурму высочайшего пика Африки. На этот раз речь пойдет о самом восхождении.

День первый

В 7:30 утра к нашему отелю подъехал микроавтобус, куда мы погрузили вещи и забрались сами. Автобус повез нас к восточному входу в национальный парк Килиманджаро — воротам Марангу (1860 метров). Там на входе мы познакомились с нашей командой. Для нас, четверых белых туристов, была собрана команда из 14 человек: два гида, повар и 11 носильщиков. Для меня, человека, который на пик Ленина в первый день тащил рюкзак весом в 42 килограмма, предварительно от всех трусов отрезав ярлычки, чтобы рюкзак стал легче на 120 граммов, 14 человек обслуживающего персонала — это перебор. Как-то неспортивно, но правила есть правила.

После непродолжительной процедуры получения разрешения на посещение парка и регистрации в спасательной службе группа начала восхождение к лагерю Мандара (2 700 метров). Нам предстоял набор 840 метров на маршруте длиной 11 километров за пять-семь часов. Климат в районе Килиманджаро уникален: тропический зной и царство ледяных ветров отделяют друг от друга всего несколько тысяч метров, поэтому при подъеме на гору нам предстояло пройти разные климатические зоны.

Первую зону мы проехали на автомобиле, она называется Бушленд и расположена на высоте от 800 до 1800 метров. Это пространство с травянистой растительностью, редкими деревьями и кустарниками. Воздушные массы здесь делятся на сезоны: зимой — тропические, летом — экваториальные. В среднем температура не превышает 32 градусов. Основное занятие местного населения — земледелие, люди выращивают фасоль, арахис, кукурузу, кофе, рис. У подножия горы встречаются сахарные плантации. Из животных в этой климатической зоне водятся обезьяны, медоеды, сервалы и леопарды. Эта культивируемая зона с сетью оросительных каналов является самой густонаселенной областью Килиманджаро. Кстати говоря, город Моши расположен как раз на высоте 830 метров.

Сейчас же нам предстояло войти во вторую зону — так называемый дождевой лес (1800-2800 метров). Характерной чертой этого района является резкое понижение температуры воздуха ночью. Путь через лес был комфортным — без резких подъемов. Периодически мы встречали обезьян разных пород и каких-то небольших животных, похожих на смесь оленя и суриката.

Наши гиды были молодцами и держали хороший медленный темп — примерно три километра в час. Это делается специально для того, чтобы организм лучше акклиматизировался и не подвергался стрессам. В середине пути нас покормили обедом. К приходу в лагерь наши 14 молодцов «из ларца, одинаковых с лица» уже донесли все рюкзаки и приготовили ужин. По всему маршруту туристы ночуют в специально оборудованных домиках — они очень простые, но комфортные и приятные.

У ребят из нашей группы первый день восхождения прошел хорошо, только у Саши вечером болела голова, но тут непонятно — из-за высоты или постоянных переживаний, что он не сможет подняться, так как для нормальной акклиматизации недостаточно дней. Он выпил таблетку от головной боли. Я убежден, что самовнушение — это один из самых часто встречаемых видов горной болезни. В первый день высоты я не почувствовал. Померили пульс — у ребят сердцебиение немного повышено, в среднем 70-90 ударов в минуту. Для первого дня на высоте 2,7 километра это нормально. Мой пульс — 49. Для меня это тоже повышено, стандартно у меня 39 ударов в минуту.

Поднявшись до первого лагеря, перекусив попкорном и печеньками, мы сделали еще один акклиматизационный рывок на 300 метров вверх. Такой способ акклиматизации называется «пила». Его суть в том, чтобы подняться как можно выше места ночевки, чтобы подвергнуть организм максимальному акклиматизационному стрессу. Организм определяет минимальное количество кислорода и уровень давления, после чего мы спускаемся обратно в лагерь, но организм, запомнив верхнюю точку, старается привести себя к максимально комфортному восприятию вершины.

Ночью у восходителя может появится некомфортное ощущение от акклиматизации: из-за снижения активности дыхания кислорода поступает еще меньше, чем днем, а с учетом высоты вероятность тошноты и головной боли увеличивается в разы. Поэтому стоит внимательно отнестись к своему состоянию. Вся моя акклиматизация на этой высоте свелась к тому, что ночью пришлось встать и сходить в туалет — это нормально: так почки реагируют на высоту.

День второй

Сегодняшний план — подъем от лагеря Мандара (2700 метров) до лагеря Хоромбо (3720 метров). Дистанция — 12 километров. Время — шесть-семь часов. За завтраком померили пульс, у ребят в среднем 70, у меня — 52. В целом группа чувствует себя хорошо. Сегодня нас ждут вересковые луга на высоте 2800-4000 метров. На этой высоте склоны Килиманджаро окутывают густые туманы, поэтому растения насыщаются влагой. Здесь встречаются плантации эвкалипта, кипарисов, а местные жители поднимаются на склоны для выращивания овощей в тенистых участках.

В этот день нам впервые удалось увидеть сразу два вулкана — Кибо и Мавензи. В пути легкий обед, и дорога, дорога, дорога. За семь часов мы добрались до места. Сегодня Саше и Тане идти заметно тяжелей. У ребят одышка, приходится делать больше пауз и остановок. Я тоже ощущаю набор высоты: пониженное давление — затылком, а уменьшенное количество кислорода — легкой одышкой, когда обхожу группу и прыгаю через ручьи.

Вновь дойдя до второго лагеря, мы устроили легкий перекус и совершили акклиматизационный выход в сторону лагеря Барафу с набором высоты 200 метров. Мне и Игорю хотелось прогуляться как можно выше и выйти из-за пригорка, который закрывал нам вид на вулкан Кибо. Поэтому, оставив Таню и Сашу со вторым гидом, мы с первым гидом отправились выше. Бедный парень не ожидал темпа, который задал Игорь, и через 15 минут весь вспотел.

Трудно было и мне. Мы поднялись на один бугор, ожидая увидеть нашу гору, но увидели лишь новый бугор. Забрались и на него, и опять не увидели Кибо, но тут уже наш гид не выдержал и запротестовал, так как мы могли не успеть вернуться в лагерь до комендантского часа. Подставлять нашего друга не хотелось, поэтому мы развернулись и пошли обратно.

Сегодня, ночуя на высоте 3720 метров, я уже чувствовал эту высоту. Голова не болела, ничего не ломило, я просто ее чувствовал. После заката делать в лагере решительно нечего, и все восходители расходятся по домикам. Параллельно с нами шла большая группа южнокорейцев — человек 17, а вместе с обслуживающим персоналом их было больше 100. Также были американцы и какие-то европейцы. Наши гиды сказали, что русских на Килиманджаро поднимается не так много.

К вечеру я совсем акклиматизировался. Померили пульс: у ребят в среднем 90, у меня — 50. Тут нужно учитывать, что акклиматизация — это не только уменьшенное количество кислорода и давление, но и стресс, связанный с новым для организма климатом, перелетом и множеством иных факторов, которые касаются меня в меньшей степени, так как я уже две недели в Танзании и много месяцев в Африке.

Третий день

Часто третий день в лагере Хоромбо становится акклиматизационным — группа гуляет, набирает высоту и после спускается обратно в лагерь для ночевки. Побывав на Килиманджаро, всем неопытным восходителям я рекомендую семидневный тур со штурмом на шестой день. Это оптимальное количество дней для нормальной акклиматизации на горе и комфортного ее штурма.

Перечитав написанное выше, я подумал, что из моего рассказа восхождение может показаться вам легким. Но вы должны учитывать, что нормальная частота моего пульса — 39 ударов против стандартных 60. Я уже почти год проезжаю на велосипеде по 150 километров каждый день через пустыню и джунгли. У меня уже есть опыт восхождения и нет никаких волнений. Для человека неспортивного и не подготовленного к горам подъем на высоту 4700 метров на третий день пути — это очень серьезное испытание. Именно оно у нас на сегодня и запланировано, так как дополнительного дня на акклиматизацию не будет.

Нам предстоял маршрут длиной десять километров от лагеря Хоромбо (3720 метров) до лагеря Кибо (4700 метров). Пройти его мы должны были за семь-восемь часов. Тут главное — выбрать правильный темп, чтобы не растерять силы до штурма вершины Килиманджаро.

В этот раз ребятам идти было совсем тяжело, и я их понимал: у меня тоже немного болела голова. Впереди итоговый рывок к вершине, а значит, по плану, мы должны сегодня же проснуться в 23:00 (значит, лечь должны как можно раньше), чтобы уже в полночь начать восхождение. Это неслабое испытание, хотя при этом статистика говорит, что 80 процентов людей с этим справляются.

Сразу от штурмового лагеря начинается резкий подъем на вулкан — набор высоты почти тысяча метров, а через два километра восходители идут по кратеру с небольшим набором в 200 метров до пика Ухуру. На вид подъем внушительный, но облегчает ситуацию отсутствие снега и льда. Прикидывая свои силы, я думаю, что смог бы преодолеть его за три-четыре часа, так что легко завершил бы штурм вершины уже на третий день. Но, видя мой темп вчера, старший гид взял с меня честное слово, что я не буду подниматься сегодня выше отметки в пять километров, и на всякий случай приставил ко мне сопровождающего.

Дойдя до высоты пять километров, я забрался на скалу высотой 70 метров и там, любуясь видами на долину, сделал 40-минутный комплекс гимнастических упражнений. На высоте нельзя тратить силы понапрасну, так как они очень плохо восстанавливаются, но и сидеть на месте нельзя, так как без активного дыхания при нехватке кислорода начинает болеть голова, мутит и тошнит.

Позанимавшись, я спустился со скалы, и мы с гидом отправились вниз. Штурмовой лагерь Кибо уже значительно менее комфортный, чем предыдущие, домиков и прочих построек на порядок меньше. Нас поселили в домик барачного типа, разбитый на пару десятков комнат, в нашей комнате стояло восемь двухуровневых кроватей, тут же был обеденный стол. К нашему возвращению как раз накрыли обед. Таня с Сашей испытывали сильную головную боль и тошноту, поэтому ели мало, мы же с Игорем вдвоем съели порцию макарон на четверых. Время 15:30. Все, пора спать.

Штурм вершины

23:00 на часах. В комнату зашел гид, чтобы разбудить нас, но никто уже не спал. Я медленно поднялся, медленно обулся. Спешить некуда, до выхода еще час. У Саши дела похуже, мне казалось, что он готов отказаться от восхождения, но пока он этого решения не объявил, лишь выпил пару каких-то таблеток. У Тани дела чуть лучше — она села за стол и немного поела. Игорь, как всегда, бодр и силен, лишь молчаливость и сосредоточенность выдавала, что ему тоже тяжело.

Все приготовления сделаны, выход. Саше таблетки помогли, и он принимает решение идти. Я взял его рюкзак, понимая, что ему и так непросто. На выходе проверяем оборудование. Таня и Саша идут на штурм в теплых пуховиках, а мы с Игорем — в лыжных куртках. При этом Игорь вышел на маршрут в шортах, надетых на тонкое термобелье, и в тапочках на босу ногу. Как ни возмущался гид, Игорь остался верен своей позиции.

Поначалу мы шли очень медленно, ориентируясь на темп Тани. Примерно через три часа у меня начали подмерзать руки в перчатках, сжимание и разжимание кистей не помогало. Таня совсем замерзла, и Саша передал ей второй пуховик, который брал как запасной. Глядя на Таню в двух пуховиках, я подумал, что даже на Эверест люди так тепло еще не одевались.

На самом деле на горе не так уж и холодно, но из-за медленного темпа группы я просто не успевал согреться. Начали подмерзать ноги. Если бы я пошел в своем темпе, то за эти три часа я бы уже поднялся на вершину, и мне было бы жарко. Вместе с промерзанием рук у меня начала появляться горная болезнь: головная боль, подташнивает, слабость. Прошли уже шесть часов. Тяжело всем.

В какой-то момент Таня останавливается и говорит:
— Я, наверное, не дойду, не могу больше!
— Таня, мы уже прошли больше двух третей дистанции. Посмотри наверх — осталось набрать каких-нибудь 50 метров, не сдавайся! Вспомни, бабуля в 87 лет дошла, и ты дойдешь! — сказал я.

Игорь предложил вести Таню за руки, чтобы помогать ей. Но старший гид не дал ему это сделать, предоставив свои руки и свою поддержку. Таня не сдалась, мы пошли еще медленнее, но все-таки мы шли вверх. Саша, к моему удивлению, выглядел бодро, разговаривал, делал селфи, улыбался. Молодец! Игорь на свои шорты натянул теплые штаны, но кроксы на босу ногу не поменял. После того как я сказал, что осталось 50 метров набора высоты, прошло еще два часа, а эти 50 метров как будто только отдалились. Сыпучий грунт под ногами превратился в камни, а горная болезнь совсем накрыла меня.

Рассвет. Солнце осветило горизонт и наполнила мир светом и теплом. Мы остановились посмотреть на это чудо. Еще немного усилий — и мы на вершине! Это еще не верхняя точка Килиманджаро, но это уже одна из граней кратера — высота 5685 метров. Мы сделали это, мы преодолели самую тяжелую часть маршрута!

Таня, здраво оценив свои силы, сказала, что эта вершина прекрасна, и выше она не пойдет. Однозначно верное решение, так как впереди еще два километра пути, включая спуск метров на 100 и новый набор 300 метров. Мы отдохнули минут 15. Каждую минуту я чувствовал, как ухудшается мое состояние. Надо было идти, сидеть нельзя. Второй гид повел Таню вниз, а мы со старшим гидом и третьим гидом отправились к верхней точке.

Но наша скорость не увеличилась. На этот раз Саша задавал темп. Я спросил у ребят разрешения продолжить в своем темпе. Парни были не против, гиды тоже. Один отправился со мной, другой остался с ребятами. Игорь тоже мог бы идти быстрее, но он решил остаться с Сашей, чтобы поддерживать его морально. Два километра я прошел за 30 минут. Идти было непросто, но ничего сверхъестественного. Просто идешь — и все.

Когда-то сверкающая серебром вершина кратера сегодня почти лишилась своей ледовой шапки. Климатологи говорят, что еще 10-15 лет, и единственный в Африке естественный ледник прекратит свое существование, а вместе с ним уйдет и вода, которая сейчас орошает территории Танзании и Кении. Цветущие леса превратятся в пустыню, вымрут насекомые и животные, населяющие эту климатическую зону.

Но это будет позже, а сейчас я иду вдоль огромных ледяных столбов, через головную боль любуясь Африкой с высоты почти шести километров. Все, вершина! Я присел на камень рядом с табличкой. Довольно много народу праздновали рядом со мной свою победу. Но на вершине народ не задерживался и понемногу спускался вниз, минут через 30 у пика сидели только я и мой гид в ожидании ребят.

С каждой минутой мне было все хуже и хуже. Все-таки сегодня идет только четвертый день нашего пребывания на горе, а мы уже на шести тысячах метров. По-хорошему, мне тоже нужно спускаться вниз, чтобы не усугублять своего состояния, но мне нужно дождаться ребят — во-первых, чтобы отметить вместе с ними нашу победу, а во-вторых, качественный фотоаппарат есть только у них, а мне очень надо сделать фотографии на вершине с флагами спонсоров.

Поэтому я просто сидел на вершине Африки в одиночестве и смотрел сверху на мир и его устройство. В какой-то момент я потерял счет времени и от боли, тошноты, упадка сил перешел в медитативное состояние пустоты. Не знаю, сколько я провел времени в таком состоянии, но вдруг где-то на окраине мозга я услышал свое имя: «Костя-я-ян, Костян! Ты спишь, что ли?».

Посмотрел на часы — судя по ним, я жду ребят чуть больше часа, но это время пролетело за секунду. Как было хорошо мне в эту секунду — и как плохо сейчас. Достал флаги, по очереди сфотографировался с каждым. Вышли вниз. Пройдя кратер и дойдя до резкого спуска вниз, я вновь пожал руку друзьям и, попросив разрешения спускаться, отправился с гидом вниз.

Спуск с вершины до штурмового лагеря занял у меня 40 минут. Мне хотелось как можно быстрее сбросить высоту. Прыжок, прыжок, прыжок — и вот я уже почти в лагере. На спуске я надеялся, что спущусь до пяти тысяч метров — и горняшка отпустит, вот доберусь до 4,9 тысячи метров — и станет легче, вот окажусь в штурмовом лагере — и все пройдет. Но очень медленный подъем и больше часа на вершине сделали свое дело: меня накрыло.

Ребята спустились через час после меня, Сане стало совсем плохо, и один из гидов помогал ему идти на спуске. У нас было всего несколько часов на небольшой отдых — выходить ниже нужно было не позже 15:00, все же до следующего лагеря идти около восьми километров и сбросить еще тысячу метров высоты. Это немало, а прийти нужно до заката.

Где-то через два часа спуска меня немного отпустило. Дальше пошел сильно веселее. Появились силы оценивать потрясающие пейзажи, окружающие нас. Какие-то облака находятся под нами, какие-то сверху, солнце начинает садиться, и все вокруг наполняется теплым оранжевым светом, который придает еще больше торжественности моменту.

Так мы дошли до второго лагеря на высоте 3720 метров. Здесь нас весьма кстати ждал ужин, ведь у меня проснулся аппетит. Восхождение на вершину у нашей группы заняло десять часов, еще два часа ушло на спуск к штурмовому лагерю. В среднем восхождение на Килиманджаро по маршруту Марангу занимает от 9 до 11 часов. У сильных альпинистов восхождение займет три-четыре часа.

Игорь с Таней пришли чуть позже. На 3700 метров все более-менее пришли в себя, и хотя очень устали, были в хорошем настроении и чувствовали себя победителями. С этим мы и отправились спать. Это был очень длинный день.

День пятый

Новое утро вновь баловало нас солнцем, а ощущение вчерашней победы над собой и радости от восхождения на вершину наполняло тело теплым ощущением счастья. Пятый день физически тоже был непростым, нам нужно было пройти около 18 километров, сбросить больше 2000 метров и, минуя первый лагерь, сразу выйти к стартовой площадке. Там нас будет встречать праздничный ужин и Джонсон, который отвезет нас обратно в Моши.

Привычный завтрак из каши и блинчиков — и в путь. Горная болезнь меня совсем отпустила, и поэтому я мог наслаждаться прогулкой. 18 километров для меня — совсем немного. Мы благополучно спустились вниз и, уставшие, но довольные, сделали заключительную фотографию у входа в национальный парк Килиманджаро.

Пять дней, четыре ночи, 80 километров пути, 4035 метров вверх и 4035 метров вниз — вот основные цифры восхождения на Килиманджаро. Я очень рад, что побывал здесь сам и сводил на вершину вас, мои дорогие онлайн-попутчики. Килиманджаро я запомню красивой, еще покрытой ледниками горой, которая, как заботливая хозяйка, встретила меня приветливо и проводила по своим владениям. Я от души благодарю эту гору за пять незабываемых дней.

Но уже завтра меня и моих друзей ждет сафари, которое считается лучшим в мире, а после этого — отдых на пиратском острове Занзибаре. До встречи на следующей неделе!

Поддержать Константина Колотова в его путешествии можно по ссылке.

Путешествия00:04Сегодня

Звезда Востока

Саудовской Аравии наскучило зарабатывать на нефти. Теперь ей нужны миллионы туристов